Когда спортсменку, комсомолку и просто отличницу Татьяну Карамышеву спросили, куда она собирается после окончания Института им. Лесгафта, та не задумываясь ответила: «Конечно же, в Вологду. Буду развивать там баскетбол». Слово она сдержала, подняв этот вид спорта в регионе на небывалую доселе высоту. Значительной частью своих успехов баскетбольный клуб «Вологда-Чеваката» обязан именно ей. И пусть сейчас ее должность называется «спортивный директор», для многих Татьяна Николаевна по-прежнему просто «тренер».

БЫЛО БЫ ЖЕЛАНИЕ

- Татьяна Николаевна, расскажите о ваших корнях. В какой семье вы родились?

- Я родилась в рабочей семье, отец трудился на Вологодском вагоноремонтном заводе, а мама – на швейной фабрике. Оба они имели отношение к спорту: мама регулярно сдавала нормы ГТО, однажды даже прыгнула с парашютом, представляете? А отец всегда был в отличной спортивной форме и занимался нашим с сестрой физическим воспитанием. Думаю, что из него получился бы замечательный тренер. Кстати, папа стал большим фанатом баскетбола и ходил на все матчи, в которых мы  с сестрой Валентиной участвовали. Подруги детства до сих пор помнят, на каком месте балкона Николай Григорьевич стоял во Дворце спорта «Юбилейный», наблюдая за нашими играми. Сейчас присутствием родителей на соревнованиях никого не удивишь, а в те времена это было в диковинку.

- А как в вашей жизни появился баскетбол?

- Мне было лет одиннадцать, когда к нам в школу пришел тренер по баскетболу Альберт Васильевич Кашин. Он настолько обаял нас своей интеллигентностью и добротой, что на тренировку к нему записался весь класс. Правда, перед этим мы его спросили: «А баскетбол – это как? Через сетку или в сетку?» Мы даже и не знали точно, что стоит за этим названием. Первая тренировка запомнилась мне на всю жизнь. Тренер кинул нам мяч (не поверите, он был один на всех) с балкона, я бросилась за ним первая, а остальные – на меня. Образовалась настоящая куча-мала, из которой я вылезла со сломанной рукой. Но это происшествие не отбило желание заниматься. На следующее занятие бежала так же, как на первое, несмотря на то, что на руке красовался гипс.

- Наверно, тогда же захотели стать тренером?

- Даже раньше. Я с первого класса знала, что буду развиваться в этом направлении. Тренер же – это тот, за кем идут. А у меня уже тогда проявлялись лидерские задатки. В нашей коммунальной квартире жили четыре семьи с девятью детьми, и я всегда была в их компании заводилой. Мы сами организовывали концерты к праздникам, КВНы, конкурсы рисунков… Если я ходила на гимнастику, то учила их всех гимнастике, когда на танцы – танцам, когда на баскетбол – баскетболу. Помню, ради этого даже пошла в домоуправление и попросила установить во дворе баскетбольные стойки. На меня там посмотрели, выпучив глаза: это что за пигалица сюда пришла? Но… просьбу выполнили.

- Что самое сложное в работе тренера?

- Тренерская работа в принципе не сахар. Особенно если твоя команда играет в премьер-лиге. Когда ты выиграл, только и слышится вокруг: «Ах, вы гениальны!» Все готовы тебя чуть ли не на руках носить. На следующий день проиграл, и всё: «Разве можно доверять ему команду? Он же ни-ка-ку-щий». Трудная это профессия и совсем неженская, хотя вначале я думала иначе. О частых командировках, в не пойми каких условиях – об этом вообще молчу. Прежде чем мы вышли на более-менее серьезный уровень, приходилось и в общих вагонах на соревнования ездить, и в холодных автобусах трястись. Почему-то многие думают, что «Чевакате» всё с неба упало. А еще очень раздражает сказочка, что Шулепов нам звезды с неба доставал. Мол, для дочки своей старался. Так вот, на всякий случай, эта дочка у меня с 1-го класса и трудяга, каких поискать, да к тому же ещё и скромная. Кстати, бронзовые медали чемпионата России мы завоевали в 2001 году, а главой города он стал в 2008-м. Вот и делайте выводы…

В БОЛЬШОЙ ИГРЕ

- Любой тренер – это стратег. Часто ли вы использовали психологические приемы над «чевакатками»?

- Да регулярно, как и любой другой тренер. Пользовалась приемами великих тренеров прошлого, были и собственные находки. Тут главное, не повторяться, потому что пару раз это может прокатить, а на третий нужного эффекта уже не будет. Если говорить о любимых приемах, то могу привести один пример. Как-то раз нам предстояла игра с очень сильным соперником, и вдруг я увидела, что девчонки заранее опустили руки. Пришлось принимать меры. Незадолго до матча я собрала их всех в гостиничном номере и неожиданно попросила капитана команды Зою Тутуеву принести мне из моей комнаты планшет, умышленно «забытый» мною там. Она направилась к двери, но выйти не смогла, поскольку я загородила ей проход. Она вправо – я тоже вправо, она влево – я тоже влево и так далее. Наконец, Зоя посмотрела на меня непонимающе и говорит: «Татьяна Николаевна, вы чего?» А я ей в ответ: «Что, не пройти? Вот и олимпийская чемпионка Засульская не пройдет к нашему кольцу, если ты всё время будешь стоять у нее на пути». Девчонки посмеялись от  души, а ту игру мы выиграли.

- Вмешиваетесь ли вы в личную жизнь своих подопечных?

- Этот трудный вопрос встаёт перед каждым тренером, и детским, и тем, кто занимается со взрослыми людьми. Часто приходится сдерживать себя, чтобы не вмешиваться. Бывает, что не выдерживала, вмешивалась, как мне казалось, из благих намерений. Судить не мне, правильно я поступала или нет. Это покажет время. Ведь результаты воспитания видны не сразу. Например, недавно одна из моих воспитанниц, уже мать троих детей и достаточно успешная, состоявшаяся личность, сказала мне, что с нею надо было быть строже. И если подавляющее большинство прошедших нашу школу людей не пропали для себя и общества, то все вмешательства оправданы.

- Говорят, что спорт накладывает на человека некую броню, поэтому в большинстве своем спортсмены люди жесткие и не сентиментальные. Это действительно так?

- Безусловно, профессия накладывает свой отпечаток,  но в обычной жизни я довольно сентиментальный человек. Что может вызвать у меня слезы? Да что угодно. Хороший фильм, детские фотографии моих воспитанников... Помню, как плакала, когда «Чевакате» вручали бронзовые медали чемпионата России на сцене в «Русском Доме». От страха, кстати, тоже ревела, когда в пятом классе мы выиграли первенство школы, и меня подкидывали на руках. После одной истории, случившейся со мной в детстве, я очень боялась высоты.

- А что за история?

- В летние каникулы  в деревне я повела местных детей в лес и заблудилась. Лет мне было 11-12. Чтобы найти дорогу домой, пришлось лезть на высоченную (в те времена они ещё были из дерева) пожарную вышку. Причём, как по трапу на корабле, цепляясь руками за верхние «ступеньки» и переставляя ноги. Залезть-то я туда залезла быстро, и деревню ближайшую увидела, а вот спуститься уже не смогла: только поставлю ногу на узкую «ступеньку» без перил, как она у меня ходуном от страха начинает ходить. Часа три там сидела, не знала, что делать. В итоге все-таки пришлось пересилить себя и спуститься вниз. Наверно, большего стресса мне не приходилось испытывать. По-видимому, это был один из тех случаев, которые  учат  владеть собой и справляться со страхом, чтобы выжить.

- Некоторое время вы были депутатом городской думы. Что вас привело в политику?

- Наверно, в первую очередь любопытство. Мне всегда было интересно пробовать что-то новое, а тут еще откуда-то возникла идея, что нам нужен человек в думе. Мол, будучи депутатом, отстаивать интересы спорта гораздо проще. Вот я и пошла. Но вскоре поняла, что невозможно усидеть на двух стульях. Мое любимое выражение: «Если хочешь, чтобы человек завалил дело, подбрось ему второе». Мне катастрофически не хватало времени на работу, а быть недотренером не хотелось. Да и недодепутатом тоже. Но как говорят, назвался груздем, полезай в кузов. Через три года срок закончился, и я вздохнула с облегчением: теперь вновь можно было целиком и полностью заниматься любимым  делом.

- Тем не менее вы участвовали и в выборах 2007 года…

- Знали бы вы, как я не хотела баллотироваться! Уже была другая ситуация в стране, другие люди… Однако меня все-таки смогли уговорить. Я пошла, провела предвыборную кампанию и… проиграла. Видимо, сила мысли сделала свое дело. Но я ни капли не расстроилась, все-таки депутатство – это не мое.

СОХРАНИТЬ МЕЧТУ

- Вы довольно известный в городе человек. Часто ли к вам обращаются с какими-либо просьбами?

- Бывает. Иногда эти просьбы совсем странные. Недавно ко мне на улице подошел незнакомый молодой человек, мы оказались однофамильцами. Вы будете удивлены, но он попросил моего разрешения на то, чтобы использовать эту общность в своих интересах: представляться то ли моим сыном, то ли родственником. Когда я отказала, он продолжал меня уговаривать…  Для читателей: у нас с сыном разные фамилии.

- Долгое время вы тренировали свою племянницу, бронзового призера Олимпийских игр Ирину Соколовскую. Каково это, тренировать родного человека?

- Очень трудно. Глядя на ее нагрузки, у меня сердце сжималось от жалости, но я не могла позволить дать слабину ни себе, ни ей. Вообще, в работе с Ирой приходилось действовать по принципу «семь раз проверь, один отрежь». Я не могла сказать ей лишний раз «Молодец!», потому что другие девчонки сразу бы это заметили. Пошли бы разговоры в команде: «У Карамышевой есть любимчики». А оно мне надо? Поэтому племянницу никак не выделяла, даже наоборот, хвалила меньше, чем она заслуживала. 

- Татьяна Николаевна, вы прекрасно выглядите. В чем секрет вашей привлекательности?

- Это всё потому, что я 20 часов в сутки провожу перед зеркалом. Шучу, конечно. Естественно, как и все женщины, стараюсь ухаживать за собой. К тому же я работаю с молодежью, а значит, нужно соответствовать. Подростки же очень наблюдательны. До сих пор вспоминаю случай, как ко мне на соревнованиях по стритболу подошла мама одного паренька и сказала, что раньше ее сын не задерживался ни в одной секции, а сейчас у него на уме только одни тренировки. Естественно, женщину это очень радовало. Но когда он, делясь перипетиями турнира, вдруг выдал: «Ты не представляешь, какой у Татьяны Николаевны маникюр!», мама не выдержала и пришла познакомиться со мной лично.

Если говорить о физической форме, то на диетах не сижу, хотя за питанием стараюсь следить. К примеру, не ем картошку и макароны, но зато могу позволить себе пирожное и шоколад. А вообще, главное – не переедать. Я вот просто обожаю пельмени, могу съесть их целое ведро, а смысл? Если буду переедать, значит, буду ходить по врачам. А у меня слишком много планов на жизнь, чтобы тратить свое время на лечение!

- Есть что-то, о чем вы мечтаете?

- Сейчас моя мечта связана с сохранением нашей команды премьер-лиги. Думаю, уже все в курсе, что «Вологда-Чеваката» может прекратить свое существование. Мы делаем всё возможное, чтобы этого не произошло. Болельщики тоже подключились к борьбе, создали в Интернете петицию, которую подписало более полутора тысяч человек. Будет жаль, если 22-летняя история команды подойдет к концу. Все эти годы мы старались развивать спорт, завоевывали награды и делали «имя» городу, как в самой стране, так и за ее пределами. Могу поспорить, что «Вологду-Чевакату» за границей знают не хуже, чем наше знаменитое вологодское масло. Хочется надеяться, что будут знать и дальше. Вот такая она, моя мечта…