Вадим Шекун

Моя профессия – визуальщик

Мне много чем приходилось и приходится заниматься в жизни, кто-то знает меня как фотографа, кто-то – как дизайнера, режиссера или стилиста. А на самом деле я работаю в нескольких областях, связанных с облачением мысли и идеи в функциональный, понятный, эстетичный вид.  

Мое отношение к славе: я ее не понимаю

Я никогда не стремился себя  пиарить. За меня это делали другие, вызывая тем самым мое искреннее удивление. Я не люблю постоянно находиться на виду, хотя прекрасно понимаю, что творческому человеку, чтобы стать успешным в карьере, нужно обладать огромным честолюбием, продвигать себя и стремиться к известности. Мне же этого не достает, потому что я в некоторой степени интроверт.

Мне важно, чтобы мой стиль был узнаваемым

Думаю, для художника это важнее, чем узнаваемость его лица. А оттого что меня узнают на улице или в заведениях, мне, бывает, становится нехорошо. Мне нравилось жить в Москве – идешь по улице, тебя никто не знает, а потому – чувствуешь внутреннюю свободу.

Когда ты начинающий фотограф и у тебя нет собственного стиля, можно легко «косить» под ретро или использовать раскрученные рабочие штампы. Все начинают с подражательства, и только со временем некоторым удается обрести свои уникальные черты.

Справка о моем образовании – это мое портфолио, других документов нет

Как такового официального образования у меня нет. За всю свою жизнь я окончил только детский сад. Всё, что я умею делать, – это результат самообразования, практики и переосмысления того опыта, которым со мной делились талантливые, академически образованные коллеги.

Я восхищаюсь профессионалами, каждый из которых по-своему хорош в чем-то определенном. Это искусствоведы, художники, фотографы, модельеры, стилисты, поэты, музыканты – все те, с кем мне приходилось работать. У них я учусь нестандартным решениям, перенимая определенный взгляд на творчество.

С детства я не любил быть «как все»

С  ранних лет я начал плыть против течения, не оправдывая ожидания общества. Если я четко не мог сформулировать для себя полезность какого-то действия, то старался этого не делать. Так, я начал открывать для себя, что любой социальной системе можно противостоять, если хватит сил, желания. Например, когда началась перестройка, я не понимал смысла в ношении красного галстука и моего присутствия на пионерских линейках. Естественно, что начались конфликты с руководством школы. Я попросил исключить меня из пионеров, но оказалось, чтобы не портить показатели школы, этого сделать было нельзя без моего письменного заявления, которое я писать не стал. В итоге от меня отстали, и я жил без «удавки» и линеек. Ну а потом исчезла сама пионерская организация, а позже и страна с названием СССР. А жаль…

Фотографией увлекаюсь со школы, бросить не могу, хотя попытки были

Снимаю я практически всю сознательную жизнь. Именно благодаря фотографии я состоялся как человек вообще, а не только как художник. Плюс фотография стала для меня средством заработка. Сейчас я конечно не умру с голоду без фотокамеры, а поначалу ничем другим зарабатывать и не умел.

Благодаря занятию фотографией я знакомился с интереснейшими людьми, ездил на разных видах транспорта, даже на паровозе, летал на самолетах, вертолетах, ходил на различных судах. Одним словом, бывал в таких местах, куда обычному человеку попасть сложно. 

Как ни странно, начал с журналистики, ей пока и закончил

Моей первой официальной работой в начале 90-х был телеканал «ТВ-7», где я трудился в качестве оператора. Меня и Юру Колесникова, который потом стал профессиональным оператором, взяли на работу именно потому, что мы умели фотографировать. Дали нам маленькую брошюру с инструкциями, как снимать новости, показали видеокамеру и пару кнопок, а учились мы всему уже в процессе работы.

Потом была служба в армии, а после я вернулся в Вологду. Работал в Вологодской областной картинной галерее. Там самостоятельно освоил компьютер, дизайнерские программы и основы полиграфии. Также занимался фото- и видеофиксацией, делал дизайн афиш и каталогов, принимал участие в организации выставок. Потом перешел работать в галерею «Красный мост».

Много лет я считал себя дизайнером. У меня даже была идея собрать портфолио, поехать в Москву и там продолжить дизайнерскую карьеру. Но потом я понял, что дизайн не мое, мне стало это неинтересно.

Позже я стал заниматься всем, что связано с визуализацией. Оформлял концерты,  форумы, придумывал концепции и делал новые проекты с нуля, сотрудничая с различными заказчиками. Работал с Правительством области, Администрацией города, помогал открывать молодежный центр «ГОР.COM35». Какое-то время состоял в комитете по культуре Общественного совета города. Мне довелось делать исторические и военно-патриотические проекты с клубом «Исток».
Особое удовольствие доставляет сотрудничество с Камерным драматическим театром. Сцена театра и то таинство, которое происходит за ней, – это нечто особенное.

Последнее мое место работы в Москве – МИА «Россия сегодня». Был я там бильд-редактором. Сидеть целый день и смотреть за новостной лентой лучших мировых фотоагентств – это, признаюсь, не самая сложная работа. Ну а учитывая, что тебе за это еще и деньги платят, вообще работа мечты! Но спустя год я понял, что постоянно сидеть в офисе за монитором больше не могу. И решил поехать обратно в Вологду.

Опять всё сначала

Подобная ситуация у меня уже была в 2009 году, когда я вернулся в Вологду после очередной попытки жить в Москве. Тогда я начал очень плотно сотрудничать с фирмой «Снежинка», модельным агентством «Ева» и модельером Александром Фомичёвым. На какое-то время фэшн-съемка и тема вологодского кружева полностью меня поглотили. Итогом этого этапа стало оформление фотографиями Музея кружева.

Вокруг меня появлялись уникальные люди. В нашу команду, которая пыталась научиться снимать фэшн-фото, вливались модельеры, художники, визажисты, дизайнеры, модели и даже пиротехник. Мы сами практически с нуля за несколько лет разработали программу для обучения фотомоделей, учили их позировать перед камерой, объясняли нюансы фотосъемки, ну и сами учились многому. На съемки мы ездили по разным необычным местам: карьерам, развалинам заводов, даже выезжали на необитаемый остров в Кубенском озере. Некоторые из тех, кто начинал с нами, в настоящее время работают либо в Москве, как, например, визажист Настя Мелешина, либо открыли свое дело, как Маша Пак.

Первую личную встречу с Зайцевым я случайно пропустил

Как я познакомился с Вячеславом Зайцевым? В Иванове в декабре 2010 года проходил  всероссийский конкурс региональных модельных агентств, куда я поехал вместе с  «Евой». Перед поездкой несколько дней практически не вставал из-за компьютера, верстая и печатая портфолио – очень уж хотелось произвести впечатление на маэстро. Мы приехали, и перед началом мастер-класса ко мне подошла девушка из оргкомитета и сказала, что Зайцеву очень понравилось портфолио, и он хочет познакомиться со мной лично. Мне было велено никуда далеко не уходить. А я смотрю, у меня пальцы грязные из-за чернил от принтера, думаю, несолидно как-то Зайцеву с грязными ногтями показываться. Я ушел мыть руки, и пока я приводил себя в порядок,  Зайцев уже начал проводить мастер-класс. Оказалось,  меня все искали, пока я готовился к нашему знакомству, но в итоге не дождались и решили начинать без меня. 

Но потом мы познакомились. Он похвалил меня за портфолио агентства и оформление Музея кружева, дал визитку и предложил сотрудничество. Звонить ему я не стал. Жалею ли об этом сейчас? Скорее нет. Когда меня признали и начали приглашать, фэшн-съемка для меня перестала уже быть настолько увлекательной. Этот этап закончился.

Моя мечта – сделать кино

Однажды мой друг Александр Павлов сказал, что хочет снимать кино. Именно тогда родилась идея снять фильм «Феникс», во время съемок которого к нам присоединились Алексей Курбатов, Никита Воскобойников и Дмитрий Дмитриев. В итоге сложилась новая команда «АМ-Студия», которая снимала документальные короткометражки для областных фестивалей, видеоролики и фильмы для различных проектов. Потом кто-то поехал получать профессиональное образование в области кино в Москву, кто-то остался в Вологде развивать свои собственные проекты, но мы  продолжаем сотрудничать.

Среди всех визуальных жанров кино меня больше всего привлекает, хотя это очень дорогое удовольствие, а поддержки молодым кинематографистам ждать неоткуда. Мы сняли несколько кинопроектов с фотографом Алексеем Тихомировым, что-то получилось смонтировать и закончить, как, к примеру, фильм «Губернатор Чаронды», что-то пока остается незаконченным. У меня есть много материала, который я храню у себя «в столе». Наверное, когда внутренне созрею и почувствую, что профессионально дорос, сделаю из этого материала фильм или организую какой-то интересный проект.

Почернело всё и сгнило. Отчего так сердцу мило?

Я  люблю снимать разрушенные здания. Они меня вдохновляют, но, чувствую, что скоро в Вологде снимать будет нечего, так как всё снесут или отремонтируют. Сейчас многие старые дома интенсивно сжигаются, освобождаемая земля продается под строительство новых домов. И вот мой совет молодым  фотографам: фотографируйте Вологду, пока она хоть немного сохранила свою аутентичность. Поверьте, лет через десять вы уже не сможете найти проявления духа этого города, его самобытности и прежнего величия деревянного зодчества и архитектуры прежних веков.

Я не снимаю свадьбы, это не мое

Раньше я брал такие заказы, но сейчас от них устал. Зато у меня есть достаточно объемное представление, как развивался этот жанр. Все помнят традиционные фото у памятников, на мосту, с голубями. Потом добавлялись новые,  западные элементы... Кстати, раньше фотограф на свадьбе был частью общего праздника, его сажали за стол, кормили, поили. Задача была не напиться до конца свадьбы и не спиться вообще в целом на такой работе. Сейчас к фотографу на свадьбе стали относиться как к элементу обычного сервиса. Нравится ли мне современный жанр вологодской свадьбы? Скорее нет. Когда провинция хочет казаться Европой, это выглядит нелепо. Я за самобытность, уникальность и уместность.

Современное искусство понять непросто

Сейчас уже не столько важны эстетика и совершенство формы. Этому служат мода и дизайн. В искусстве же всё стало крутиться вокруг совершенства концепции. Перед тобой поставят три шарика – вот тебе инсталляция. С виду кажется, ерунда полная, я тоже так могу. Но дело не в том, можешь или нет, а в том, что хотел сказать автор, насколько глубоко развернута его мысль, выразившаяся в этих трех шариках.

Недавно смотрел интервью с одним известным дизайнером, где у него спросили: «Как  вам приходят в голову такие гениальные мысли?». Ну а он ответил: «Сижу я вечером с женой на террасе своего дома на берегу моря, смотрю на облака и размышляю…». Я тогда подумал про себя: как вообще так получается? Хотелось бы и мне так же сидеть с женой на берегу моря в своем особняке, тогда бы, может, и мои мысли другими были. У меня сейчас всё гораздо прозаичнее. Помимо творческих порывов и рассуждений об эстетике, есть еще реальная жизнь с проблемами, расходами. Поэтому если есть заказ, надо работать. Ну и конечно, хотелось бы, чтобы в Вологде у меня была возможность зарабатывать, реализуя значимые для культуры города проекты.

Моя личная жизнь

Конечно, когда мужчине 41 год, есть что вспомнить. Но я не вижу смысла об этом говорить. Главное – у меня есть взрослый сын и любимая девушка.