Известный вологодский фотограф Михаил Трапезников оказался совершенно беспомощным по ту сторону камеры. Я решила сама сделать портрет героя моего материала. Конечно, Миша лично настроил свет, выбрал фон и черно-белую гамму, но когда дело дошло до съемки, то он буквально не знал, куда деть руки. «Обычно я говорю моделям, как повернуть голову, вытянуть шею и сложить губки, а сейчас я в замешательстве», – расстроился Миша. Тогда я решительно скомандовала: «Дай мне эмоцию, детка!» И у нас всё получилось!

- Миша, наверное, хорошо быть фотографом? Новые люди, встречи, красивые девушки, популярность и всё такое.

- Да, интересно, но вот всё, что ты перечислила, это всё не главное. Фотографами чаще всего становятся люди, которые решили отказаться от работы на хозяина. Фрилансеры сами планируют график работы, сами ищут себе клиентов, сами переживают и неудачи, и успехи. Я не знаю людей, которые, побыв в свободном полете, опять вернулись на работу.

- Ты где-то учился фотографии? Какое у тебя образование?

- Я окончил Череповецкое музыкальное училище.

- Да ладно! Ты музыкант?

- Да, преподаватель музыкальной школы по классу тромбона. Правда, давно не играл, но думаю, если возьму в руки инструмент, то мышечная память сработает.

- Вот это сюжет! А как произошел переход от тромбона к фотоаппарату?

- Не поверишь, но в музыку я пошел, потому что очень ленивый. Я же не окончил среднюю школу. У меня в ведомости было 8 двоек.

- 8 (!) двоек?

- Ну а что учителя должны были мне поставить, если я ничего не делал? Чувство свободы и весны сделали свое дело: я «забил» на учебу, а в музыкальное училище брали всех. Подготовка у меня была, и в неполные 16 лет я рванул из Вологды в Череповец. Вообще, я сменил много профессий. Работал на лесопилке, потом в газете, потом долго был продавцом в магазине музыкальных инструментов у Подольных.

- А потом?

- А потом мне исполнилось 33 года, и я задумался, чем хочу заниматься дальше. У жены Нелли было много незамужних подруг, а у них не было хороших фотографий. А фото – это очень важная вещь, чтобы устроить личную жизнь, когда нет возможности встретиться лично. Тебе интересно?

- Да, всё отлично, продолжай!

- Так вот, я посмотрел на сайте знакомств фотографии и понял, что все они никуда не годятся. Они были неинтересные, несовременные. И тогда я подумал, а что если фотографировать девушек в стиле фэшн, как моделей для журналов? Я стал снимать модно, и моя идея имела успех.

- Ты помнишь свою первую «жертву»?

- Конечно, и это был тяжелый случай. Симпатичная, работящая молодая женщина около тридцати лет, но уже с тремя детьми. Я сделал фото, она разместила их на сайте знакомств, но потом быстро убрала. Я поинтересовался, почему. Оказалось, что она уже успела познакомиться с мужчиной из Словакии. Они переписывались, ездили друг к другу в гости. Новый друг не чаял души в ее детях. Так что дело шло к свадьбе! С тех пор я отслеживаю счастливые истории, где мои фото «сыграли». К счастью, таких историй много.

- Нелли, твоя супруга, замечательный стилист, визажист, художник. Она самостоятельная творческая единица. Как я успела заметить, требовательная, с твердым характером. С недавнего времени вы стали работать вместе. Как тебе работается с таким сильным партнером?

- А хорошо! На самом деле я Неллю долго на это уговаривал, а она долго сопротивлялась. А когда согласилась, то я с радостью перекинул на нее некоторые обязанности по общению с клиентами, обсуждению стиля, макияжа, одежды. Она мне очень помогает и глобально, и по мелочам. Иногда просто надо чай сделать и что-то подержать – помочь во время съемки. Более того, раньше было больше клиентов, которые хотят у меня фотографироваться, ну и заодно у Нелли как у стилиста что-то сделать. А сейчас наоборот. Это ее ученики и клиенты хотят заодно пофоткаться. У нее всё отлично получается, и она от этого кайфует. Мне нравится то, что мы сейчас делаем вместе с Неллей: мы создаем свои фантастические миры из наших образов. Волшебные, удивительные. Это, конечно, можно назвать и фэшн-съемкой, но в моем понимании это движение в сторону фотоискусства.

- А свадьбы снимать тебе нравится? Мне кажется, что сейчас это уже просто ремесло.

- Я соглашаюсь снимать свадьбы, когда я действительно вижу пару, где есть реальная любовь.

- Ты «никонианец» или «кэнонист»?

- Это что такое?

- Ну, так в шутку классифицируют фотографов по марке любимого фотоаппарата – «Никона» или «Кэнона». И это тоже извечный спор, как между фанатами телефонов разных марок.

- «Кэнон», само собой, лучше (смеется), но спор здесь совершенно бесполезный. Это как спорить, что лучше, бокс или карате, джаз или классическая музыка? Главное, получать кайф от того, что ты делаешь.

- Сын Захар на кого из вас похож?

- Внешне или по характеру?

- И так, и так.

- Сейчас уже не знаю. У Захара переходный возраст, 14 лет. Наверное, мы куда-то вместе с ним тоже переходим. Трудный возраст. Мне бы очень хотелось, чтобы он больше ценил то, что у него есть: и здоровье, и семья, и родители, и дом. Многие дети этого не имеют.

- Ты пытался его привлечь к своей работе, научить фотографии, раскрыть секреты, научить профессии, чтобы всегда был кусок хлеба с маслом?

- Я жду возраста, когда он сам захочет, когда его припрет. Меня прибило в 15. Надеюсь, в этом вопросе он в меня.

- Твои документальные проекты «Заводы», «Юность не имеет возраста» (Михаил снимал пожилых людей, держащих в руках свои портреты в молодом возрасте), самый новый проект «Вологда – большая деревня», где ты снимаешь жителей вологодских деревень в их домах и аутентичных интерьерах, они ведь не приносят тебе денег, только проблемы. Мы делали с тобой два благотворительных проекта «Реальная любовь». Это пять часов непрерывной фотосессии, коммуникации с людьми. Это тяжело. Миша, зачем?

- Объясняю. На одной из лекций одного известного фотографа нас спросили: сколько мы делаем коммерческих съемок и сколько снимаем бесплатно? В идеале должно быть 50 на 50. То есть половина съемок должна быть для души, для тренировки, для развития. Я сейчас приближаюсь к этой цифре. И еще, я часто думаю о том, что если вдруг, не дай бог, у меня останется всего несколько месяцев жизни, то чем я займусь? Устрою какое-то грандиозное фотопутешествие или пересниму половину Вологды?

- Ха! Хочешь стать в истории города круче Абрама Бама?

- Нет, это невозможно. Хотя грешным делом была такая мысль. Но дело не в этом. Мне очень нравится его старость. Мне бы хотелось так прожить, чтобы быть востребованным до самого конца. Мне кажется, у людей творческих профессий больше шансов избежать забвения.

- Ты снимаешь ню?

- Редко-редко. Снимать ню гораздо сложнее, чем фотографировать человека в одежде. Здесь важно не свалиться в порнографию. И надо понимать, что если в провинции ты снимаешь ню, то ты больше не снимаешь ничего другого. Это дурная репутация, и тебя просто не будут приглашать для свадебных и семейных съемок. Кроме того, съемка ню – это куча слухов и проблем с мужьями, любовниками и братьями моделей. Зачем мне это?

- Если ли любимый объект для съемок, любимая модель?

- Нелли!

- Потому что жена?

- Ну, нравится мне эта девочка! Но! Если будет выбор – Нелли или какая-нибудь пожилая женщина, то я выберу второе. И чтобы как можно старше, а если это еще и в деревне, то совсем хорошо. И чем дальше, тем лучше.

- Есть такая пародийная тема, когда мужчины фотографируются в типичных женских позах или ситуациях. Беременные мужчины, свадебные мужчины. Тебе не хотелось снять что-то такое хулиганское или самому сняться?

- Я очень прошу не фотографировать меня, когда я работаю. Кто меня видел во время съемок, прозвали «танцующим бегемотиком». Дело в том, что я показываю девушкам, какие позы нужно принять, как выигрышно показать фигуру, надуть губки, вытянуть шею. Со стороны смотрится уморительно, когда бородатый полный мужик показывает, как тянуть ножку.

- Я видела, как ты работаешь. И каждый раз удивляюсь, как здорово ты общаешься с моделями. Люди перестают стесняться на первых же секундах…

- Сначала я вижу, как они должны выглядеть, а потом прошу их сделать то, что я вижу.

- Но они у тебя на фотографиях получаются все красивые! Даже без ретуши!

- Я так вижу.

 

Юля Арсеньева