«Тем, кто дружен, не страшны тревоги, нам любые дороги дороги» – эти строчки из песни бременских музыкантов как нельзя лучше подходят к саксофонисту Сергею Кузнецову. Долгое время он, как большинство артистов, вел кочевой образ жизни. Салават, Уфа, Самара, Челябинск, Буй – его музыка звучала во всех этих городах. Но уже больше 20 лет имя Сергея Кузнецова неразрывно связано с Вологдой. Он выступает на крупных концертных площадках, его рады видеть на юбилеях и свадебных торжествах. О чем он мечтает? Как в его жизни появилась музыка? Подумывал ли он когда-нибудь о смене профессии? Об этом и не только в нашем материале.

 

КУЛЬТОВЫЙ ИНСТРУМЕНТ

- Сергей, как в вашей жизни появилась музыка?

- Когда мне было 10 лет, родители привели меня в музыкальную школу: я очень хотел играть на баяне. Занимался с увлечением, но после окончания школы в музучилище по классу баяна не поступил. Тогда ко мне подошел заведующий учреждением и сказал: «Хочешь, возьмем тебя на духовое отделение, на кларнет?» Конечно, я согласился, хотя о кларнете имел весьма отдаленное представление. Помню, моя тетя, работавшая в то время в ГДК, выдала мне со склада кларнет, и под конец первого занятия мне каким-то нечеловеческим усилием удалось издать один звук. Я расстроился, пришел домой и сообщил родителям, что учиться играть на кларнете не буду. Но когда эмоции улеглись, попробовал снова, потом еще и еще, и дело постепенно сдвинулось с мертвой точки.

 

- А помните ваше первое выступление на саксофоне?

- Это был 1978 год. Меня пригласили выступить с группой «Берега юности». В последний момент у них заболели две девочки-вокалистки, и нам нужно было каким-то образом расширить программу. Тогда мне сказали: «Играй импровизацию!» Я растерялся, глаза по пять копеек: «С чего начинать-то?» А мне говорят: «Нажимай ноту ре и продолжай дальше». Волновался, конечно, жутко, но кое-как справился. Вообще, с саксофоном я познакомился, учась на втором курсе училища: меня позвали в эстрадный оркестр играть на нем. Для меня саксофон всегда был культовым инструментом благодаря своему широкому спектру звучания, поэтому я с радостью начал обучение. К слову, мой преподаватель кларнета был категорически против этого, поэтому три года я осваивал саксофон практически подпольно.

 

- Некоторые мужчины дают прозвища своим автомобилям. А как дело обстоит с музыкальными инструментами?

- Свой инструмент я называю Яной. Это производное от названия фирмы, специализирующейся на производстве саксофонов, «Янагисава». А раньше у меня был «мальчик» Оскар марки «Оскар Адлер».

 

- Вы как-то специально ухаживаете за инструментом?

- Только протираю, дополнительных манипуляций не делаю. Как говорит небезызвестный Игорь Бутман, саксофон чистить нельзя, иначе весь талант вычистишь.

 

ПОВЕЛИТЕЛЬ СТИХИЙ

- Случались ли с вами какие-то необычные или курьезные вещи во время выступлений?

- Да постоянно случаются! Однажды во время концерта в Череповце на меня упала люстра. На выступлении в Выборге в полночь был шторм, но когда мы начали играть, шторм  внезапно закончился. Может быть, наша музыка так умиротворяюще действует на стихию? Очень запомнились гастроли в Архангельске. Было это очень давно, природных катаклизмов, как сейчас, не было, и поэтому дождь в начале декабря казался чем-то нереальным. Ведущий концерта узнал, что в Выборге мы шторм остановили, и говорит: «А сейчас выступит коллектив климатологов. Они делают погоду». Я выхожу на сцену и спрашиваю: «Какую погоду хотите на завтра?» Из зала доносится: «Минус три и снег». Я отвечаю: «Будет!» Наутро просыпаемся, смотрим в окно на градусник – и правда минус три и снег!

 

- У вас есть ритуал перед выходом на сцену?

- Ритуал не ритуал, но я, например, стараюсь никогда не слушать музыку, которая передо мной играет. Поскольку я исполняю импровизацию, то посторонние звуки меня сбивают. Мне сразу же хочется взять что-то от того исполнителя, что-то от другого, а цитирования в импровизационной музыке неприемлемы.

 

- А перед выступлениями волнуетесь?

- Уже нет, это прошло тогда, когда я полностью отошел от нотного текста и начал исполнять импровизационную музыку. А еще волнение отпадает, когда ты не хочешь понравиться публике. Играй для себя, получай удовольствие, и тогда зритель сам потянется к тебе.

 

- Вы не только исполнитель, но и педагог. Среди ваших учеников такие известные саксофонисты, как Никита Зимин, Остап Докунин, Сергей Колесов. Как у вас строятся рабочие отношения со студентами?

- Конечно, я даю им все необходимые знания, так сказать, обязательную программу. Но что самое главное, учу их реакции. Важно, чтобы ученик сразу реагировал на твои слова, корректируя свою игру, а в дальнейшем мог делать это сам, без чьего-либо совета. Кроме того, в каждом из своих учеников я пытаюсь найти сильную сторону и еще больше ее развить. А слабые стороны со временем выравниваются или исчезают совсем. Единственное, что я не делаю, – не учу их сочинять музыку. На мой взгляд, они сами должны к этому прийти.

 

ВИСКИ ПОД «ТИТАНИК»

- Расскажите о вашей супруге. Как вы с ней познакомились?

- С Еленой мы вместе уже 36 лет. Познакомились с ней 1 января 1981 года на дискотеке. Я сразу же обратил внимание на хрупкую девушку с большими выразительными глазами. Полгода у нас с ней был почтовый роман, а потом она перевелась из Новосибирской консерватории ко мне в Уфу, где я тогда жил и работал. С тех пор мы уже не расставались. Лена – настоящая жена декабриста, ей пришлось очень много поездить по стране, прежде чем мы окончательно осели в Вологде.

 

- Работу музыканта вряд ли можно назвать хлебной. Подумывали ли вы когда-нибудь о смене профессии на более денежную?

- Вы знаете, мне всегда на всё хватало. Даже в 90-е годы, которые принято вспоминать как один большой затянувшийся кризис. В этот период мы с женой и сыном жили в городе Буе Костромской области, и жили достойно. У нас было свое хозяйство: козы, овцы, куры, утки, кролики. Я научился пилить дрова, заготавливать сено. Мне нравилась такая жизнь. Но наш сын рос, нуждался в хорошем образовании, поэтому мы решились переехать в Вологду. Признаюсь, было непросто всё это оставлять.

 

- Вас сложно представить без фирменной бороды. Что это – дань моде, ваша фишка или что-нибудь другое?

- Ношу ее уже лет десять. Всегда мечтал об окладистой бороде, но такая у меня не растет, поэтому приходится ходить с тем, что есть. (Улыбается.) К бороде я так привык, что уже и не представляю себя без нее. Ко мне, бывает, подходят на мероприятиях ведущие и организаторы праздников и говорят: «Сбрей ты ее, будешь моложе выглядеть». Но я такие рекомендации мимо ушей пропускаю, в конце концов, я же не себя пришел показывать, а свою музыку.

 

- И напоследок. О чем вы мечтаете?

- После того как посмотрел фильм «Титаник», я просто влюбился в шотландскую музыку. Очень бы хотел поехать в Шотландию, купить там литр виски, угостить волынщиков и сыграть с ними музыку из этой культовой картины!