Председатель Комитета государственного заказа Вологодской области Александр Торопов. Танки, книги, рок-н-ролл!

Все привыкли, что чиновники - закрытые люди, кто говорит с журналистами всегда строго по регламенту, тщательно подбирая слова. Но Александр Торопов к нашему всеобщему удивлению оказался очень открытым и настоящим. После встречи с ним мы вышли из его кабинета с лёгкой улыбкой и приятным послевкусием, как будто были в гостях у старого приятеля. Итак, знакомьтесь!

- В следующем году будет уже 20 лет, как вы на госслужбе. Для вашего молодого возраста это очень весомый стаж.

- Да, госслужба стала для меня осознанным выбором – я окончил юрфак МГЮА со специализацией «Государственное право». Изначально  хотел работать в органах власти, и мне предложили пойти в Департамент экономики. Это была новая структура, возглавлял ее Леонид Генрихович Иогман, славившийся своими новаторскими методами в госуправлении. Он решил взять меня в свою команду, и, надеюсь, по итогам я его не разочаровал.

Так я начал работать специалистом в отделе международных финансовых организаций.   Где-то через полгода у меня случился глубокий эмоциональный упадок. Когда ты приходишь работать в правительство со студенческой скамьи, естественно, тебе не поручат ничего важного и сложного, несмотря на твои амбиции и горящие глаза, поэтому я писал какие-то письма, ходил на какие-то бесконечные совещания. В общем, появилась мысль об уходе. И вот однажды пришла разнарядка отправить человека в Москву на месяц учиться госзакупкам. Тогда этим никто не занимался, пытались делать какие-то базовые вещи, но специалистов не было, никто толком не знал, как всё должно быть. Это был 1998 год, октябрь месяц, жуткий кризис. В стране был действительно сложный период, в том числе и в администрации. Людям платили зарплату по 100 рублей в неделю. Командировочные были смешные, где-то по 83 рубля в день, с учетом того что в Москве только проезд в метро тогда стоил уже 40 рублей. Конечно же, в таких условиях в командировку ехать никто не хотел, ну и выбор пал на меня – давайте, мол, отправим нашего новичка. Поехал учиться – так всё и началось.

Дальше никто меня особенно не заставлял ничего делать. Но мне это было самому интересно. Мы написали первый областной закон о госзакупках, приняли его, и последующие лет пять по нему все работали, вся область. Я был на невероятном драйве, для меня это было очень круто: вчера ты был студентом, а сегодня ты единственный эксперт в регионе, у тебя все консультируются, общаешься на уровне замов губернатора. Потом, как обычно и бывает, всё превратилось в рутину. Но госзакупки – не единственное, чем я занимался в Департаменте экономики.

Благо вскоре приняли Федеральный закон, который стал обязательным для всех, и у меня  начался новый этап: я начал создавать Комитет госзаказов с нуля. Я сам отбирал людей, прописывал регламенты работы, внедрял региональную информационную систему. И на самом деле рад, что так случилось, потому что приходить работать начальником в сложившийся коллектив со своими негласными правилами, неформальными лидерами – это значительно труднее. А тут всё сделал под себя.

- Вы как управленец какой?

- Сейчас у меня 40 человек в коллективе, наверное, лучше спросить у них. Но я всегда говорил, что Комитет госзаказа – это компания Google. Я бы с удовольствием разрешил  своим сотрудникам значительно больше: ходить на работу, в чем они хотят, иметь гибкий график, приводить с собой детей и домашних животных… Но формат госслужбы не позволяет делать этого. Опять же я работал в команде Иогмана, и свою деятельность он  начинал с разрушения стереотипов. Поэтому, наверное, я с ним и сработался. 

- А чем занимается ваша супруга Анастасия? 

- Она у меня тоже госслужащая. Я не помню деталей истории знакомства, но, по ее словам, мы познакомились, когда ей было 14 лет, а мне 16. На каком-то пионерском мероприятии я был на сцене, она меня увидела. Я активно участвовал в общественной жизни, состоял в городском совете старшеклассников, в студенческие времена входил в педагогический отряд «Юность», который занимался организацией летнего отдыха  школьного актива старшеклассников. Мне всегда была интересна общественная, политическая деятельность. В общем, в очередной раз мы встретились с Настей, будучи студентами. Но мы тогда просто общались, она была симпатичная, яркая, многие ей симпатизировали, в том числе некоторые мои друзья. А я тогда особо не выделялся на общем фоне, был уверен, что мне ничего не светит, и даже не предпринимал никаких попыток в ее сторону.

Потом долгое время мы с ней вообще не пересекались. И уже когда я работал, мне надо было с кем-то срочно связаться, звоню – человека нет на месте. Тогда я говорю девушке на том конце провода: «Передайте, пожалуйста, что Торопов звонил». Она говорит: «Саша, это ты? Это Настя». Это была неожиданная «встреча», мы пообщались еще, а через год поженились.

- А еще через какое-то время у вас родились двойняшки...

- Никто вообще не ожидал, что так будет. Когда мы узнали о двойне, что будет мальчик и девочка, жена сказала: «Торопов, а у тебя по-другому не бывает. Всё и сразу, в полном разнообразии!» Так мы выполнили «план» за один раз. Сейчас детям уже по 6 лет.

Аглая испытывает острую ответственность за Сашу, а Саша показывает свою любовь к сестре, как любой мальчик в его возрасте: отбирает у нее что-то, провоцирует, задирает. Саша у нас всегда победитель, всегда прав, очень активный, может легко устроить драку, поэтому я с нетерпением жду историй, как дети будут в школе друг друга блюсти.  Интересно, конечно, наблюдать, как твои дети взрослеют, как они раскрываются. 

Они большие друзья, хотя, возможно, в силу возраста сами еще пока не очень это понимают.

В этом году уже первоклассники. Отдадим их в обычную городскую школу, я вообще не сторонник углубленного образования с раннего возраста. Сам оканчивал 32-ю школу, на тот момент обычную. И в принципе не считаю, что что-то потерял. Если смотреть шире на этот вопрос, я думаю, дети сами должны определять, чем они хотят заниматься. Взять хотя бы мою историю.

- А что у вас за история?

- Мой отец – профессиональный журналист, и, глядя на него, я тоже хотел стать журналистом. Всю старшую школу осознанно шел к Ленинградскому университету, специально к нему готовился, публиковался в региональных и российских газетах. Но когда подошло время, а это был 1993 год, я понял, что региональная пресса, как и вся пресса в стране, в одночасье умерла. Однажды я пришел к отцу на работу (а все его коллеги знали, что я хочу на журфак), там меня в коридоре поймал за рукав Клим Леонидович Файнберг: «Надо поговорить». Тогда он мне сказал определяющую вещь: «Пойми одно: писать ты уже умеешь, большему тебя не научат. Научись сейчас лучше что-то делать руками, а потом, если захочешь, будешь работать журналистом». Через некоторое время я решил стать юристом. И это был мой собственный осознанный выбор, чему на самом деле рад.

- Можно задать вопрос про ваш необычный для чиновника образ?

- Я знаю, что вы хотите спросить. У меня часто спрашивают про мой внешний вид. Скажу сразу: с моей точки зрения, всё в порядке и ничего необычного. Да, наверное, немного людей ходит на госслужбу лысые и с бородой. Но в моем случае это происходит не потому, что я являюсь последователем какой-то философии или субкультуры, просто мне так комфортно. Если честно, мне лень бриться каждый день. Отсутствие прически для меня тоже не проблема. Прическа – это долго, а тут раз в неделю под машинку подстригся, и всё. Для меня это не настолько важно, поэтому делаю так, как удобно. Когда я начал ходить так на работу, у меня все интересовались сначала, а потом привыкли.

- Расскажите о своих увлечениях.

- Последнее большое увлечение – моделирование, собирал модели, идентичные реальным прототипам танков. Например, одну модель я собирал полтора года, хотя, если серьезно, я не считаю себя усидчивым человеком. Лет пять посвятил этому занятию, потом отпустило.

У меня так со многими видами деятельности. Пока горю, пока интересно, делаю. Но очень быстро могу переключиться на что-то новое и уйти в это новое с головой, а про всё остальное забыть.

Я страстный хоккейный болельщик, почти «ультрас». В детстве серьезно занимался хоккеем, на соревнования ездил. Эта любовь на всю жизнь!

Лет 10 мы с друзьями  каждый год ходили в походы по пересеченной местности с рюкзаками и палатками. Тыкали пальцем в карту и шли. Сейчас уже реже практикуем, к сожалению.

Сейчас много путешествуем всей семьей на автомобиле. При любой возможности садимся в машину и едем, куда глаза глядят. При этом у нас нет такого, чтобы приехать и обойти все 48 храмов или выпить все сорта пива в местных барах. Мы не культурологи – мы туристы.

Автоавантюра, которой я горжусь, – как-то утром мы просто вышли из дома, сели в машину и за полтора дня доехали до Копенгагена.

- С такой активностью читать нечасто удается?

- Много читал я в детстве. Родители привили. Книга за день – легко. Но после юрфака я разучился читать в свое удовольствие. Восприятие печатного текста у юриста формируется особенным образом из-за большого объема поглощаемой информации. С тех пор я читаю не очень много и не быстро. Любимый автор – Виктор Олегович Пелевин.

- А что насчет музыки?

- Всю жизнь в рок-н-ролле! И это тоже навсегда.

Муж

- Могу сказать, на основании чего строю свои отношения с людьми, – доверие и уважение. Хотя эти два понятия взаимопроизводны.